Главное меню
Что такое сообщество

Переводы фрагментов одной из лучших книг о сообществах — книги Моргана Скотта Пека «Другой барабан: Создание Сообществ и Мир» (M. Scott Peck «The Different Drum: Community Making and Peace»).

Скотт Пек — выдающийся американский психиатр, публицист, автор многих бестселлеров.

На русском языке издавалась его книга «Непроторённая дорога: новая психология любви и духовного роста».

Перевод — Антон Тофилюк.



Подлинный смысл сообщества

В нашей культуре жёсткого индивидуализма, в которой мы не отваживаемся быть честными друг с другом, смысл слова «сообщество» искажён. Мы применяем его к почти любому собранию людей независимо от того, насколько плохо или хорошо эти люди общаются друг с другом. Это в корне неверное использование этого слова.

Если мы хотим использовать это слово осмысленно, то мы должны отнести его к группе людей, которые научились общаться честно друг с другом, чьи отношения идут глубже, чем носимые маски самообладания, и которые развили в себе некую существенную посвящённость тому, чтобы «быть вместе в радости и печали» и «наслаждаться друг другом, принимая состояния другого, как наши общие».

Но на что тогда похожа столь редкая группа?
Как она действует?
Как можно точно определить сообщество?

Мы можем определить или адекватно объяснить только те вещи, которые меньше нас самих. Есть много разных «вещей», например, Бог, добро, любовь, зло, смерть, сознание. В отношении вещей столь больших и многогранных лучшее, что мы можем сделать, — это описывать или определять грани поочередно. Даже таким образом нам не приблизиться к тому, чтобы исчерпать глубины понятия. Рано или поздно мы неизбежно приходим к сердцевине таинства.

Сообщество является подобным феноменом. В нём есть свои законы развития. При этом в нём сохраняется нечто по сути мистическое, волшебное, непостижимое. Поэтому нет адекватного определения подлинного сообщества, которое можно уложить в одно предложение.

Сообщество – это нечто большее, чем сумма своих частей, своих участников. Что же это «нечто большее»? Даже чтобы начать отвечать на это вопрос мы входим в область не столько даже абстрактного, сколько мистического. Это область, для описания которой язык недостаточен, слова её полностью описать не смогут.

На ум приходит аналогия с драгоценным камнем. Семена сообщества покоятся в человечестве – социальном биологическом виде – подобно тому, как драгоценные камни сокрыты в Земле. Но они являются еще не драгоценными камнями, а потенциалом к ним. То, что геологи относят к драгоценным камням, в сыром виде выглядит, как простые камни.

Группа становится сообществом подобно тому, как камни становятся драгоценностями – через процесс огранки и шлифовки. После того, как камень огранён и отшлифован, он становится чем-то красивым. Но лучшее, что мы можем сделать, чтобы описать его красоту, — это описать его грани.

Сообщество, как и драгоценный камень, многогранно, и каждая его грань – лишь аспект целого, ускользающего от определений.

Ещё одна оговорка. Драгоценность сообщества так невероятно красива, что может показаться вам нереальной, как сон, увиденный в далёком детстве, столь прекрасна, что кажется недостижимой.

Как Роберт Белла и его соавторы упоминали, понятие сообщества «может отторгаться, как абсурдно утопическое, как проект создания совершенного общества. Но трансформация, о которой мы говорим, одновременно необходима и умеренна. Без неё у человечества будет мало будущего, о котором можно думать».

Проблема в том, что недостаток сообществ стал такой нормой в нашем обществе, что не имеющий соответствующего опыта будет склонен сомневаться – Как можем мы прийти отсюда туда? Это возможно, мы можем прийти отсюда туда. Помните, что для неопытного взгляда может казаться невозможным, что грубый камень станет драгоценностью.

Грани сообщества неразрывно взаимосвязаны. Ни одна из них не может существовать без других. Они создают друг друга, делая существование друг друга возможным. Мы будем помнить об этой аналогии далее, выделяя и называя самые существенные характеристики подлинного сообщества.


1. Инклюзивность, посвящённость и согласие

Сообщество является и должно быть инклюзивным – открытым для включения.

Большой враг сообщества – это исключительность. Группы которые исключают других, потому что те бедны, или скептичны, или разведены, или грешны, или другой расы и национальности, не могут называться сообществами; это группировки – в действительности создающие защитные бастионы против сообщества.

Инклюзивность не должна становиться догмой.

  • Долговременные сообщества в любом случае должны определять степень, в которой они собираются быть инклюзивны.
  • Даже кратковременные сообщества иногда вынуждены принимать это сложное решение. Но для большинства групп легче исключать, чем включать.
  • Подлинные же сообщества, если они хотят оставаться таковыми, всегда стремятся к собственному расширению.

Необходимость доказывать, почему этот человек подходит, свойственна принципу исключительности. Сообщества не спрашивают «Чем мы оправдаем включение этого человека?» Вместо этого спрашивают «Оправданно ли недопущение этого человека к нам?» По отношению к другим группировкам подобного размера и направленности сообщества всегда относительно открыты для включения.

В моём первом опыте сообщества в школе Friends Seminary, границы между классами, между учениками и учителями, между молодыми и старыми, были «мягкими». Там не было изгнанных, не было отверженных. Любой мог приходить на любые вечеринки. Там не было принуждения к правилам.

Инклюзивность любого сообщества распространяется на все его параметры. В сообществе есть «всеобщность». Это не просто вопрос включения различных полов, рас и вероисповеданий. Оно также открыто ко всему спектру человеческих эмоций. Слёзы так же приветствуются, как и смех, страх так же, как и вера. И разные стили: «ястребы» и «голуби», натуралы и геи, говоруны и молчуны. Все человеческие различия включены. Вся «мягкая» индивидуальность поддерживается. Любые особенности человека принимаются, если они не агрессивны.

Как же это возможно?
Как могут быть такие различия совмещены, 
как столь разные люди могут быть вместе?

Посвящённость – желание быть вместе – это ключевой момент. Рано или поздно в какой-то точке пути (и лучше раньше), участники группы каким-то образом должны посвятить себя друг другу, если они хотят стать или остаться сообществом.

Исключительность, большой враг сообщества, возникает в двух формах: исключение других и исключение себя. Если вы тихонечко решили, «Понятно, эта группа просто не для меня – они слишком то или они слишком это – и я просто собираюсь тихо собрать свои жемчужины и уйти», то это будет так же деструктивно для сообщества, как если бы это была свадьба, на которой вы решили, «Ладно, начну с этим партнёром, а потом поищу варианты получше».

Сообщество, как и супружество, требует, чтобы мы держались вместе даже когда появляются сложности. Оно требует определённого уровня приверженности. Наш индивидуализм нужно сбалансировать посвящённостью.

Если мы действительно держимся вместе, то обычно через некоторое время обнаруживаем, что «неровное поле стало гладким». Один мой друг верно определил сообщество, как «группу, научившуюся превосходить индивидуальные разногласия». Но такое обучение требует времени, а это время может быть обеспечено только посвящённостью друг другу.

«Превзойти» не значит «стереть» или «уничтожить». Это буквально означает «взойти выше». Достижение сообщества можно сравнить с восхождением на горную вершину.

Возможно, самый важный ключ к этому превосхождению – это признание различий. В сообществе вместо игнорирования, отрицания, скрывания или изменения, человеческие различия приветствуются, как дары. Я упоминал, как признал «дар потока» своей жены Лили, а она признала мой «дар организации». Супружество можно считать маленьким долговременным сообществом из двоих людей.

Но даже в кратковременных сообществах из 50-60 людей, продолжительность и глубина которых практически противоположны, я обнаруживал ту же самую динамику. Трансформация наших отношений с женой, позволившая нам превзойти различия, потребовала двадцати лет. Но подобное превосхождение может случиться и в группе на восьмичасовом семинаре по созданию сообществ. И в каждом случае превосхождение связано с чувством любви.

Мы настолько незнакомы с подлинным сообществом, что у нас никогда не было адекватного словаря для процесса превосхождения. Когда мы размышляем о том, как индивидуальные различия могут быть совмещены, возможно, первый механизм, к которому мы обращаемся (вероятно потому, что это самое инфантильное), — это поиск одного сильного лидера.

Мы инстинктивно полагаем, что разногласия, как в случае ссор между братьями и сёстрами, могут быть разрешены мамой или папой – милосердным диктатором, по крайней мере, мы на это надеемся.

Но сообщество, поощряющее индивидуальности, не может быть тоталитарным. Так мы переходим к некому менее примитивному способу разрешения индивидуальных разногласий, чем тот, что мы зовём демократией. Мы голосуем, и большинство определяет, какие из разных мнений побеждают. Большинство управляет.

Но такой процесс исключает желания меньшинства. Как нам превзойти разногласия таким образом, чтобы было учтено меньшинство? Похоже на головоломку. Как и где необходимо идти за пределы демократии?

В подлинном сообществе, членом которого я был, более тысячи решений были приняты группой, и я никогда не видел голосования. Я не имею в виду, что мы должны отменить демократические механизмы, или, тем более, что мы должны упразднить организации.

Но я действительно полагаю, что сообщество, превосходя индивидуальные разногласия, естественным образом выходит за пределы демократии. В нашем словаре превосхождения для этого пока есть единственное слово – согласие (консенсус). Решения в подлинном сообществе достигаются через общее согласие.

Как на нашей планете может группа, в которой индивидуальность поощряется и индивидуальные различия процветают, естественно прийти к согласию? Даже если мы создадим более богатый язык для действий в сообществе, я сомневаюсь, что мы сможем когда-либо создать формулу для процесса создания общего согласия.

Этот процесс сам по себе является приключением. И опять здесь появляется что-то почти магическое, мистическое. Но это работает. Рассказывая о других гранях сообщества, мы дадим подсказки, как это происходит.


2. Реалистичность

Второй существенной характеристикой сообщества является то, что оно реалистично.

В супружеском сообществе, например, обсуждая воспитание ребёнка, двое скорее выработают сбалансированный подход, чем когда это делает один человек. Если муж и жена имеют две различные точки зрения, то они балансируют друг друга, создавая большую реалистичность. В сообществах большего размера процесс всё так же эффективен.

Сообщество из шестидесяти человек обычно формирует около дюжины разных точек зрения. Их совместное блюдо, приготовленное из множества ингредиентов, как правило, более творческое, чем если бы его готовили только из двух ингредиентов.

Мы приучены думать о групповом поведении, как примитивном. Действительно, я и сам написал книгу о том, как легко группы могут превращаться в чистое зло. Термин «психология толпы» вполне верно это выражает. Но группы любого типа редко бывают настоящими сообществами. Более того, необходим квантовый скачок для перехода от обычной группы к сообществу; это совершенно разные феномены.

В настоящем сообществе, по его сути, есть иммунитет от психологии толпы, потому что оно поощряет индивидуальность и интегрирует разнообразие точек зрения.

Неоднократно я видел, как сообщество начинало принимать определённое решение или устанавливать новое правило, а один из участников неожиданно заявлял: «Подождите, я не думаю, что смогу это поддержать». Психология толпы не позволяет возникнуть среде, в которой люди могут свободно выражать своё мнение и противостоять общим тенденциям. В сообществе же создаётся именно такая среда.

Поскольку сообщество включает участников с разными точками зрения и свободой их выражать, то оно начинает видеть ситуацию целиком намного лучше, чем это могут сделать отдельные люди, пары или обычные группы.

Включая в себя свет и тьму, священное и профанное, радость и печаль, действия сообщества становятся всесторонними и интегральными. Вряд ли что-то может быть упущено.

С такой разнообразной системой взглядов оно становится все более реалистичным. Поэтому реалистичные решения с намного большей вероятностью приниматься в сообществах, чем в каких-либо других формах человеческих объединений.

Заслуживает упоминания ещё один важный аспект реалистичности сообществ – это скромность.

В то время как грубый индивидуализм предрасполагает человека к высокомерию, «мягкий» индивидуализм сообщества ведёт его к скромности. Начиная признавать дары друг друга, вы также начинаете сознавать собственные ограничения. Наблюдая других, проявляющих свою уязвимость, вы становитесь способны признавать своё несовершенство. В полной мере осознавая разнообразие людей, вы начинаете понимать взаимозависимость человечества.

Когда группа людей делает это — по мере того, как формируется их сообщество — они становятся всё более скромными, не только персонально, но и как группа в целом, а стало быть становятся более реалистичными. Какая группа скорее вынесет мудрое реалистичное решение: высокомерная или скромная?


3. Самосознание

Реалистичность сообщества обеспечивается тем, что оно созерцательно. Оно само исследует себя. Оно себя сознаёт.

«Познай себя» приводит к скромности. Как сказано в монашеском трактате четырнадцатого века «Облако неведения»: «Смиренность сама по себе есть не что иное, как знание человеческой сущности, как она есть. Любой человек, который наблюдает и познаёт себя, неизбежно становится смиренным».

Слово «созерцательность» имеет множество значений. Большинство из них связано с осознанием.

Ключевая цель созерцания состоит в расширении осознания окружающего мира, внутреннего мира и отношений между ними. Человек, довольствующийся ограниченным осознанием себя самого, вряд ли может называться созерцательным. Также вызывает вопросы, можно ли его считать психологически зрелым и эмоционально здоровым.

Самоисследование – это ключ к прозрениям, несущим мудрость. Платон сформулировал это прямо: «Неосмысленная жизнь не стоит того, чтобы жить».

Процесс создания сообществ требует самоисследования с самого начала. По мере того, как участники становятся осознаннее в отношении себя, они также становятся всё более осознанны в отношении группы. «Как у нас всё идёт?» — начинают они спрашивать всё чаще. «По-прежнему ли мы идём к цели? Здоровая ли мы группа? Не утратили ли мы свой дух?»

Дух сообщества, будучи обретённым, не становится навечно принадлежащим группе. Его нельзя поймать и закупорить в бутылку. Он может теряться. Периоды глубокой близости в группе могут смениться новыми раздорами. Но группа, себя сознающая, может быстро это заметить, найти источник проблемы и восстановить дух сообщества.

Ни одно сообщество не может обладать всегда идеальным здоровьем. Однако в подлинном сообществе, обладающем созерцательным телом, болезнь распознаётся, и нужные действия для исцеления предпринимаются.

Чем дольше здоровые сообщества существуют, тем эффективнее они становятся в своём восстановлении. Наоборот, группы, которые не развили самосознание, либо быстро распадаются при первой же серьёзной проблеме, либо не становятся сообществом вовсе.


4. Безопасное место

Не было случайным то, что я заново научился «забытому искусству плакать» в 36 лет, когда находился среди настоящего сообщества. Мой предыдущий опыт жёсткого индивидуализма был настолько эффективен, что и сейчас я могу плакать при людях, только если нахожусь в безопасном месте.

Одна из радующих меня возможностей, когда бы я ни оказывался в сообществе, — это «дар слёз», который возвращается ко мне. Я не одинок в этом. Когда группа достигает в своём развитии уровня сообщества, то очень часто участники характеризуют её так: «Здесь я чувствую себя в безопасности».

Это очень редкое чувство. Почти все мы провели большую часть своей жизни, если не всю, в неполном чувстве безопасности.

  • Редко, а может и никогда, мы чувствовали полную свободу в том, чтобы быть собой.
  • Редко, а может и никогда, в какой-либо группе мы чувствовали себя полностью принятыми и принимающими.

Как следствие, практически каждый входит в новую группу, готовый к защите. Эта защита уходит корнями очень глубоко.

Даже если сознательно мы пытаемся позволить себе открытость и уязвимость, наше подсознание всегда находит способы поддерживать защитные барьеры. Более того, изначальное проявление своей уязвимости с большой вероятностью другими будет встречено страхом, враждебностью, простыми попытками излечить или изменить, так что даже самые смелые предпочтут уйти под защиту своих стен.

Сообщество никогда не возникает мгновенно в обычных обстоятельствах. Требуется много работы, чтобы группа незнакомых людей обрела чувство безопасности, свойственное настоящему сообществу. Когда же они этого достигают, то это сначала похоже на открытие шлюзов. Поскольку становится безопасно говорить от сердца, поскольку большинство участников группы понимают, что их выслушают и примут, многие годы подавленной разочарованности, боли, вины, горя начинают выплёскиваться наружу.

Проявление уязвимости в сообществе создаёт эффект снежной лавины. После того, как участники позволили себе проявить уязвимость и были с ней приняты, они становятся всё более уязвимы. Стены начинают рушиться. По мере того, как они рушатся, как растёт любовь и принятие, как приумножается взаимная близость, начинается подлинное исцеление и преображение.

Старые раны излечены, старые обиды забыты, старые сопротивления преодолены. Место страха заняла надежда.

Таким образом, следующая существенная характеристика сообщества – оно исцеляет и преобразует. Я умышленно не стал упоминать эти слова в названии характеристики, чтобы они не были неверно истолкованы. На самом деле большинство попыток людей исцелять и менять других мешает развитию сообщества.

В человеческих существах заложено естественное стремление к здоровью и целостности. Однако, чаще всего, это стремление сковано страхом, нейтрализовано защитами и сопротивлениями. Но если поместить человека в действительно безопасное место, где эти защиты и сопротивления больше не нужны, то устремлённость к здоровой жизни высвобождается. Когда мы чувствуем себя безопасно, естественной тенденцией становится исцелять и преображать самих себя.

Опытные психотерапевты обычно приходят к этому пониманию. Неофиты видят своей задачей исцелить пациента и часто верят, что могут в этом преуспеть. Однако с опытом они понимают, что у них нет силы исцелять. Но также они понимают, что в их власти выслушать пациента, признать его или её, создать «терапевтические отношения». И тогда они фокусируются не столько на исцелении, сколько на развитии отношений, как безопасного места, в котором пациент может исцелять себя сам.

Парадоксально, но группа людей становится целительной и преображающей только после того, как её участники прекратят пытаться исцелять и преображать друг друга. Сообщество становится безопасным местом именно потому, что никто не пытается тебя исцелить, исправить, изменить. Вместо этого участники тебя принимают таким, какой ты есть. Ты получаешь свободу быть собой. Будучи свободным, ты получаешь свободу отбросить защиты, маски, прикрытия; свободу находить своё собственное психологическое и духовное здоровье; свободу реализовать себя в целостности и гармонии.


5. Лаборатория для личного разоружения

В конце двухдневного семинара по сообществам в 1984 году, одна женщина сказала группе: «Я знаю, что Скотт говорил, что не рекомендуется выходить из семинара, но когда мы с моим мужем вернулись домой вчера вечером, то всерьёз обсуждали именно это. Я плохо спала всю ночь, а утром практически уже решила не приходить. Но что-то странное произошло. Вчера я смотрела на вас всех «жёсткими» глазами. Сегодня по какой-то причине – я этого сама не понимаю – я стала смотреть «мягкими» глазами, и это прекрасное чувство!»

Это преображение, обычное в сообществе, аналогично тому, которое было описано в притче о подарке раввина. Умирающая группа в заброшенном монастыре получила новую жизнь (и стала сообществом) после того, как её участники начали видеть друг друга и себя «мягкими глазами», смотря через линзы уважения.

В нашей культуре жёсткого индивидуализма может показаться странным, что эта трансформация начинает происходить именно тогда, когда мы оказываемся на грани срыва. Пока мы смотрим друг на друга через маски самообладания, мы смотрим с помощью «жёстких» глаз. Но когда маски сброшены, то мы можем увидеть за ними и страдание, и смелость, и надломленность, и благородство, и тогда мы начинаем уважать друг друга, как собратьев в бытии человеком.

Однажды, когда я говорил о сообществе с руководством церкви, один из членов мудро заметил: «Как я понимаю, вы говорите, что для сообщества требуется признание своей уязвимости». Конечно, он был прав. Но как примечательно, что в нашей культуре в уязвимости нужно «признаваться».

Мы думаем о признании, как о действии, которое должно быть сохранено в секрете, в темноте комнаты для исповеди, с гарантией конфиденциальности от священника или психотерапевта. В действительности каждый человек уязвим. Как странно, что обычно мы чувствуем себя вынужденными скрывать свои раны, тогда как они есть у каждого из нас!

Уязвимость – это дорога с двусторонним движением. Сообщество требует способности раскрывать наши раны и слабости дружественным людям. Оно также требует способности быть затронутым ранами других, быть раненым их ранами. Это то, что подразумевала та женщина под «мягкими глазами». Её глаза перестали быть барьерами, и тогда она стала чувствовать себя прекрасно. В наших ранах есть боль.

Но намного более важна любовь, которая пробуждается в нас, когда мы делимся, в обоих направлениях, своей израненностью. Мы не можем отрицать того, что такой обмен требует риска в нашей культуре – риска нарушить нормы поведения, которые имитируют неуязвимость. Для большинства из нас это новая форма поведения, которая может казаться потенциально опасной.

Может показаться странным говорить о сообществе, как о лаборатории. Обычно это слово означает стерильное место, наполненное не мягкостью, а различными приборами. Однако лучше определить лабораторию, как место, спроектированное для безопасных экспериментов. Нам необходимо такое место, поскольку в эксперименте мы опробуем новые способы действия.

Так и в сообществе – это безопасное место для эксперимента с новыми типами поведения. Когда появляется такое безопасное место, большинство людей естественным образом начинает экспериментировать глубже, чем ранее, с любовью и доверием. Они могут бросить свои обычные защиты и грозные позы, барьеры недоверия, страха, неприязни и предубеждений. Они могут экспериментировать с разоружением себя самого. Они могут экспериментировать с миром – миром в себе и миром в группе. И они могут обнаружить, что их эксперименты успешны.

Эксперимент разработан для того, чтобы дать вам новый опыт, с помощью которого вы сможете извлечь новую мудрость. Экспериментируя со своим личным разоружением, участники сообщества на своём опыте открывают правила достижения мира и постигают его достоинства. Получение личного опыта в этом так сильно влияет на людей, что может стать движущей силой в создании мирной жизни в планетарном масштабе.


6. Группа, которая может сражаться милосердно

На первый взгляд кажется парадоксальным, что сообщество, будучи безопасным местом и лабораторией для личного разоружения, также должно быть местом конфликта. Понять это поможет притча.

Однажды суфийский мастер прогуливался по городу со своими учениками. Дойдя до городской площади, они увидели там ожесточённую битву между правительственными отрядами и силами повстанцев. Ужаснувшись кровопролитию, ученики стали спрашивать: «Скорее, Мастер, какую из сторон нам поддержать?»

«Обе», — ответил Мастер.

Ученики были обескуражены. «Обе? Как же мы можем помогать обеим сторонам?»

«Нам нужно помочь властям научиться слышать устремления простых людей, — сказал Мастер, — и нам нужно помочь повстанцам научиться не свергать насильственно власть».

В подлинном сообществе нет сторон. Не всегда это легко, но ко времени достижения сообщества, его участники научаются избегать группировок и фракций. Они научаются слышать друг друга и не отвергать друг друга. Иногда общее согласие в сообществе достигается с удивительной быстротой. Но в других случаях оно приходит только после продолжительной борьбы.

То, что это безопасное место, не значит, что в сообществе нет конфликтов. В то же время это место, где конфликты могут быть разрешены без физического или эмоционального кровопролития, но с мудростью и благородством. Сообщество – это группа, которая может сражаться милосердно.

Это редко случается само собой. Сообщество – это амфитеатр, в котором гладиаторы сложили своё оружие и броню, в котором они вооружились слушанием и пониманием, в котором они уважают дары и принимают ограничения друг друга, в котором они празднуют свои различия и перевязывают раны друг друга, в котором они устремлены скорее к совместной борьбе, чем к борьбе друг против друга. Это самое необычное поле битвы. И такое поле необычайно эффективно в разрешении конфликтов.

Важность этого сложно преувеличить. В нашем мире существует множество конфликтов, и худшим из них не видно конца. Повсеместно распространена фантазия, которую можно сформулировать так: «Если мы сможем разрешить наши конфликты, то однажды мы станем способны жить в едином сообществе».

Может быть, вернее поменять причину и следствие местами?

Тогда настоящей мечтой станет: «Если мы сможем жить вместе в сообществе, то однажды мы станем способны разрешить наши конфликты».


7. Группа, в которой все — лидеры

В группах, где я был назначенным лидером, я обнаружил, что после того, как они становились сообществом, моя работа фактически была закончена. Я мог присесть и отдохнуть, стать одним из многих.

Ещё одна существенная характеристика сообщества – это полная децентрализация власти. Помните, что сообщество антитоталитарно. Его решения принимаются общим согласием. Сообщества иногда относят к группам, не имеющим лидеров. Однако более точно говорить о сообществе, как о группе, в которой все – лидеры.

Поскольку это безопасное место, люди, склонные возлагать на себя лидерство, чувствуют себя свободно в сообществе. Зачастую впервые в жизни они не хотят руководить. А те, кто обычно застенчив и замкнут, чувствуют свободу в проявлении своих скрытых талантов лидера. В результате сообщество становится идеальным местом для принятия решений.

Выражение «верблюд – это лошадь, созданная рабочей группой» не означает, что решения групп неизбежно грубы и несовершенны. Это означает, что рабочие группы почти никогда не становятся сообществами.

В 1983 году мне нужно было принять невероятно сложные решения, определяющие мою жизнь. Я знал, что не был достаточно разумен, чтобы сделать верный выбор самостоятельно, даже с помощью экспертов. Я попросил о помощи, и 28 женщин и мужчин со всей страны откликнулись на мою просьбу. Как и следует, мы посвятили первые 80% нашего трехдневного совместного пребывания на то, чтобы создать из нас сообщество. Только в последние часы мы направили своё внимание на решения, которые нужно было принять. И они были приняты со скоростью и яркостью молнии.

Одна из самых прекрасных характеристик сообщества – это то, что я называю «поток лидерства». Именно благодаря этому потоку наше сообщество в 1983 году приняло решения так быстро и эффективно. Участники чувствовали свободу выражать себя, поэтому их дары проявлялись как раз в нужные моменты процесса принятия решений. Один участник вышел вперёд, предложив часть решения. Поскольку сообщество распознало мудрость его дара мгновенно, практически волшебным образом, то второй участник свободно выступил с дополняющей частью решения. И таким образом поток распространялся по комнате.

Перетекание лидерства в сообществе является обычным делом. Этот феномен имеет значительные последствия для тех, кто ищет возможности улучшить качество принятия решений в организациях – коммерческих, правительственных и любых других. Но это не быстрый метод или корректировка.

Прежде должно быть построено сообщество. Традиционные паттерны иерархий должны быть, хотя бы на время, отставлены в сторону. Необходимо убрать специфический тип контроля. Тогда это может стать ситуацией, в которой ведущим будет дух сообщества, а не какой-то конкретный человек.


8. Дух

Сообщество обладает духом, но не в том смысле, который обычно подразумевают под «духом сообщества». Чаще всего под ним подразумевают соревновательный дух, который проявляют фанаты победившей футбольной команды или жители города, находя поводы для гордости. «Наш город лучше, чем ваш город!» — подобное ощущение часто могут использовать, как типичное выражение духа сообщества.

Но такое понимание духа сообщества в корне неверно и ограничено. Оно точно только в одном аспекте. Участники группы, ставшей настоящим сообществом, действительно наслаждаются собой как коллективом. Они знают, что выиграли что-то вместе, что совместно обнаружили нечто очень ценное. На этом сходство заканчивается.

В духе подлинного сообщества нет ничего соревновательного. Наоборот, группа, пропитанная духом конкуренции, по определению не может являться сообществом. Конкуренция всегда исключает, а подлинное сообщество открыто для включения. Если у сообщества появляются враги, то оно начинает утрачивать дух сообщества, даже если он в нём присутствовал.

Дух подлинного сообщества – это дух мира. Люди на начальной стадии семинаров по созданию сообществ часто спрашивают:

«Как мы узнаем, что мы стали сообществом?» В этом вопросе нет необходимости. Когда группа становится сообществом, происходит разительная перемена в духе. И этот новый дух ощутим почти физически. Здесь нельзя ошибиться. Человек, у кого был такой опыт, больше никогда не будет спрашивать: «Стали ли мы сообществом?»

Совершенно новый уровень тишины распространяется в группе. Кажется, что люди стали тише говорить; и в то же время, странным образом, кажется, что их голоса лучше слышны в комнате. Случаются периоды тишины, но тишина никогда не становится тяжёлой. Более того, тишина приветствуется.

Больше нет напряжения. Хаос закончен. Это переживается, как музыка, которая заменила собой шум. Люди слушают и слышат. Царит мир и покой.

Но этот дух может ускользать. Его нельзя определить или ухватить, как в случае с материальными вещами. Люди в сообществе не всегда чувствуют себя мирно в обычном понимании этого слова. Его участники время от времени сражаются друг с другом, и сражаются сурово. Эта борьба может стать бурной и оживлённой, заместив собой тишину.

Но это продуктивная, а не деструктивная битва. Она всегда приходит к согласию, потому что это любящая борьба. Она происходит на поле любви. Дух сообщества – это всегда дух мира и любви.

Мудрость настоящего сообщества часто кажется волшебной. Возможно, эта мудрость может быть объяснена в чисто светских терминах, как результат свободы самовыражения, соединения талантов, согласованного принятия решений и других составляющих сообщества.

Однако временами источником этой мудрости кажется снизошедший божественный дух. Отчасти поэтому чувство радости часто сопровождает переживание духа сообщества. Участники чувствуют, что они, по крайней мере временно, перенеслись за пределы обыденного мира. Каким-то образом земля и небо на время встретились вместе.


Источник -  КМ-журнал

Популярные темы

31.03.2017, 12:23
Конференция НИСКУ глазами студентов Высшей школы экономики
21.11.2015, 09:55
XI Форум НГПК. Ноябрь 2015.
27.01.2017, 14:43
!!! ВЫШЛО ВТОРОЕ ИЗДАНИЕ КНИГИ А. И. ПРИГОЖИНА «МЕТОДЫ РАЗВИТИЯ ОРГАНИЗАЦИИ»
18.08.2016, 09:43
Консалтинговые исследования компании PwC.
Никто не решился оставить свой комментарий.
Будь-те первым, поделитесь мнением с остальными.
avatar